• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: ситата (список заголовков)
16:27 

Блин, заело.

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
-Ты знаешь, что Петров - амбидекстр?
-Кто?!
-Петров.

@музыка: бессмысленная

@настроение: фиговое

@темы: Ситата, Чепуха

19:13 

Доступ к записи ограничен

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
13:33 

Ну прямо цитата дня))

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Не смей сравнивать звёздные войны со своей причёской!..

@темы: Ситата, Чепуха

15:24 

От так)

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
03.02.2012 в 23:01
Пишет Клориан:

Флешмоб.))
Может, потом удалю, но пока что мне интересно.))

03.02.2012 в 16:06
Пишет Изуэль:

30.01.2012 в 23:02
Пишет Зай Этс:

Кто со мной поиграет?
Дело вот в чём. Вы называете мне произведение/фэндом (который мне знаком, естественно), а я называю персонажей:

1. Любимый
2. Нравится внешне
3. Наиболее похож на меня
4. Неприятен
5. Не нравится внешне
6. Имеет со мной меньше всего общего
7. Не понимаю
8. Была бы не против оказаться на месте
9. Хотела бы поговорить с
10. Точно не хотела бы встретить
11. Могла бы встречаться с похожим на
12. Попробовала бы сыграть роль
13. Постите у себя.


От Клориан - Гарри Поттер

читать дальше

URL записи

URL записи

@темы: Чепуха, Ситата, Разрядка

13:08 

О путях

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Даже если уверен, что ты на верном пути, иногда нужно остановиться. Оглядеться и подумать - а вдруг есть другие? И если они неправильные, то почему?

@темы: Как сказал Автор Всемирного Потепления, Моя точка зрения, Ситата

18:18 

(с)

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Если хочешь помочь ученику - сделай вместе с ним. Если хочешь помочь старику - сделай вместо него. Если хочешь помочь мастеру - не мешай. Если хочешь помочь дураку - сам дурак.

@темы: Ситата

10:20 

Пока урок не пройдешь – будешь его раз за разом долбить.

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Хочу вам предоставить один интересный рассказ, который я нашла на другом сайте. Сказано, что автор некая Эльфика.
Прочитайте, это полезно.)


Донор

@темы: This is полезно, Ситата

18:09 

lock Доступ к записи ограничен

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
20:16 

Нравится мне эта фраза Морриган:

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Дружелюбие-то можно изобразить, а вот с умом такое, к сожалению, не пройдёт...


(с) Dragon Age

@темы: Как это грустно всё..., Моя точка зрения, Ситата, Это всё неправда!

12:41 

Говорила себе

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Не вкладывай смысл в слова, которые для него не предназначены.

@темы: Как сказал Автор Всемирного Потепления, Ситата

18:23 

.

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Я поняла. Люди жаждут общения, чтобы не чувствовать бессмысленности жизни.

@темы: Как это грустно всё..., Как сказал Автор Всемирного Потепления, Ситата

11:47 

(с)

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
В честь знаменательного события (три пч за неделю) решила побаловать вас сказочкой! Она не моя, но мне очень понравилась))

Планета Любви

В бескрайних просторах Космоса, в одной из обширных Галактик, возле яркой Звезды существовала Планета. Она была еще довольно молодая – всего несколько миллиардов лет, и на ней было все, что полагается порядочной планете: почва, вода, рельеф, разные микроорганизмы, растительность, какие-то животные… В общем, планета как планета – таких в Космосе великое множество. Правда, на Планете пока не наблюдалось разумной жизни – но какие ее годы? Ведь она была, по космическим меркам, еще совсем юной.

читать дальше

@темы: Ситата

08:22 

(

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Хочется как-то отвлечься, поэтому перечитываю понравившиеся мне рассказы. вот решила и тут выложить ещё один. Или парочку... Повторяю, это не моё.


Жил-был добрый волшебник. Он мог превращать песок в сахар, а простую воду в молоко, но он ничего этого не делал, так как был убеждён, что чудес на земле не бывает.

Пошёл он однажды на край света. Пришёл, свесил ноги через край и сидит, смотрит вниз — на звёзды и луну, на разные планеты. Вдруг добрый волшебник почувствовал, что рядом с ним кто-то стоит. Он скосил глаза и увидел петуха, который пристроился на самом краю и преспокойно клевал звёзды.

— Что ты делаешь! — забеспокоился добрый волшебник. — Ведь так мы останемся без звёзд.

Петух перестал клевать.

— И правда, — сказал он, — мне это как-то не пришло в голову. Но согласитесь, здесь же больше нечего клевать.

— А зачем ты забрёл на край света? — спросил добрый волшебник.

— У меня просто не было другого выхода, — сказал Петух. — Так сложилась жизнь — ничего не поделаешь.

Доброму волшебнику захотелось узнать, как складывается жизнь у петухов, и петух охотно ему рассказал. Оказывается, он вовсе не был петухом. Он был таким же человеком, как добрый волшебник, только помоложе. Петух даже уверял, что у него была жена, очень красивая женщина, которую он любил больше всего на свете. Он так любил свою жену, что друзья стали над ним посмеиваться.

— И вот один из них, — сказал Петух, — колдун по образованию, превратил меня в петуха… И теперь мне нравятся все курицы… — Петух опустил глаза. — Вот поэтому я сбежал на край света.

— Если бы меня кто-нибудь расколдовал, — закончил Петух. — Я мог бы вернуться к своей жене и опять жить по-человечески…

— Да, если бы, — вздохнул волшебник. — Но чудес не бывает.

Так они сидели на самом краю света и говорили о жизни. Потом волшебник спохватился:

— Однако, что же мы здесь сидим? Надо идти устроиться где-нибудь на ночь.

Они шли по краю света, как по берегу большой реки. То и дело Петух окликал волшебника:

— Посмотрите, какая хорошенькая курочка! — и тут же начинал себя ругать: — Ах, какой я всё-таки… Бессовестный, непутёвый…

Поздно вечером набрели на берлогу медведя.

— Заходите, — пригласил Медведь, — хотя угощать у меня особенно нечем. На краю света с продуктами — сами понимаете…

— А как ты попал на край света? — спросил добрый волшебник.

— Можно и рассказать, — сказал Медведь, усаживая гостей. — Это целая история.

— Дело в том, что я не медведь, а петух, — сказал Медведь. — Я пел и зарабатывал довольно неплохо. Было у меня вволю и пшеницы, и овса, и кукурузы… Это так чудесно — быть петухом, — вздохнул Медведь и посмотрел на Петуха, ища сочувствия. — Если бы не мёд, я бы и сейчас жил, горя не знаючи…

— Какой мёд? — спросил волшебник. — Ты же говорил о зерне.

— Да, зерна у меня хватало. Но мне захотелось мёда. Я много слышал о нём, и, понимаете… мы же никогда не довольны тем, что имеем… И вот однажды, когда стемнело, я забрался на пасеку…

Медведь замолчал. Ему было совестно рассказывать о том, что произошло дальше. Но раз уж начал — надо досказать.

— Осторожно, чтобы не разбудить пчёл, я залез в улей и стал пробовать мёд. Он оказался совсем не вкусным, но я столько о нём наслышался, что уже не мог остановиться. Я уплетал мёд за обе щёки и уже подумывал, как бы утащить с собой улей, но вдруг почувствовал, что со мной что-то происходит.

Медведь отвернулся и стал сморкаться в тряпочку.

— Можете себе представить, — продолжал он. — Перья и крылья мои куда-то исчезли, а вместо них появилась шерсть и вот эти лапы. И самое главное — я потерял голос. Вот послушайте.

Медведь заревел так, что всё вокруг содрогнулось.

— Нет, ничего, голос как будто есть, — робко заметил волшебник, но Медведь только лапой махнул:

— Э, разве это голос! Вот прежде было…

Медведь попробовал показать, что у него было прежде, но опять заревел и смутился:

— Нет, не получается. Эх, если б мне опять петухом стать!

— Ничего не поделаешь, — вздохнул добрый волшебник. — Чудес не бывает.

— Привет честной компании, — послышалось сверху, и в берлогу заглянул человек.

— Ты кто? — покосился на него Медведь. — Часом, не охотник?

— Да нет, какой из меня охотник, — сказал Человек. — Я и не человек вовсе. Медведем родился, медведем и состарился. Да вот на старости лет захотелось стать человеком. Человеку, думал, легче, человеку и пенсию дают. Только вижу теперь — ох, нелёгкое это дело быть человеком! Вот и хожу, ищу — кто бы меня опять в медведя переколдовал.

Волшебник покачал головой:

— Чудес не бывает…

Сидят они в медвежьей берлоге, а настроение у всех — ой, не весёлое!

— Эх, кабы мне быть человеком! — сокрушается Петух.

— Кабы мне быть петухом! — вторит ему Медведь.

— Кабы мне быть медведем! — вздыхает Человек.

Надоело это всё доброму волшебнику, не выдержал он и крикнул:

— А, да будьте вы все кем кто хочет!

И тотчас же стали все кем кто хотел, потому что пожелал этого не кто-нибудь, а волшебник. Петух стал человеком, Медведь — петухом, Человек — медведем. Посмотрел волшебник — сидят в берлоге петух, медведь и человек — и вздохнул:

— Я же говорил, что чудес не бывает!

Но компания и та, и словно уже не та. Ободрились все, повеселели. Петух песни поёт. Медведь лапу сосёт, другой лапой закусывает. А человек — просто так сидит, улыбается. «Что с ними произошло? — удивляется волшебник. — Неужто и вправду случилось чудо?» Но недолго ему пришлось так раздумывать. Вот уже и петух перестал петь, и медведь оставил свою лапу, и человек улыбаться перестал.

— Эх, — вздохнул петух, — благое дело быть медведем. Залезть в берлогу, лапу сосать…

— Нет, — возразил ему медведь, — человеком всё-таки, лучше…

А человек ничего не сказал. Он посмотрел на петуха и задумался.

«А мне уж казалось, чудо произошло, — подумал волшебник, глядя на эту компанию. — Нет, что там ни говори, а чудес на земле не бывает!»

@темы: Ситата, Разрядка, Как это грустно всё...

13:14 

(с) Позитивнее, позитивнее..)

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Женщина: Господи, ОН уходит, уходит, уходит от меня! (Плачет)
Мозг: Позитивнее, позитивнее...
Женщина: Куда позитивнее-то? Вещи собирает, сволочь...
Мозг: Не реви, улыбайся... Загадочно улыбайся... И не
размахивай руками, как мельница!
Женщина: Сволочь, чемодан укладывает... Порядочный мужик, уходя
забирает только носки и трусы, а эта сволочь
еще и маечки укладывает... (Плачет)
Мозг: Улыбайся!
Женщина: Может броситься к нему на шею?
Мозг: Дура!
Женщина: Может на колени перед ним рухнуть?
Мозг: Дура!
Женщина: А может его того?
Мозг: Что "того"?
Женщина: Ну.... Сковородкой по голове тихонечко?
Мозг: ?
Женщина: Потом кормить его, бедненького, бульончиком... Так
месяца два можно протянуть... Может, привыкнет, не уйдет...
Мозг: Уголовщина ты всё-таки... А если силы не рассчитаешь?
Женщина: А я получше замахнусь и кааааак дам!
Мозг: Я не в этом смысле... Баба-то ты сильная... еще убьешь, а
это статья!
Женщина: Делать-то что, скажи, раз ты такой умный?
Мозг: Улыбайся!!!!! Позитивнее, позитивнее...
Женщина: Ну, что в этом можно найти позитивного? Я однааааа
остаааанусь! (плачет)
Мозг: Улыбайся! Во-первых, не одна, а свободная женщина...
Женщина: На фига мне такая свобода?
Мозг: Улыбайся! Свобода - это прекрасно: будешь заниматься
только собой!
Женщина: Зачем? (Хлюпает носом)
Мозг: Затем! Бразильский выучишь - ты так всегда мечтала
смотреть сериалы без перевода. В кружок игры на
ударных запишешься - с твоей силищей-то!
Женщина: Времени всё как-то не было...
Мозг: Сама будешь финансами распоряжаться без всяких глупых
покупок американских удочек и вечных ремонтов
сдохшего автомобиля!
Женщина: Шубу куплю и босоножки... ну, те... с бантиком...
(Утирает слезы)
Мозг: С тем парнем из юридического отдела поужинать сходишь -
он на тебя так смотрел...
Женщина: (Улыбается) Ага, в "МакДональдс" сходим, он, между
прочим, предлагал уже. Шубу одену, босоножки с
бантиком... (Улыбается загадочно)
Мозг: Ни готовить никому, ни стирать...
Женщина: Только маникюр-педикюр-маски-массажи! (Улыбается от
счастья) На экскурсию съезжу по Московской кольцевой дороге...
(Мечтательно)
Мозг: Вот, а ты позитива не видела...
Женщина: Ой, заживу! (Улыбается победно) ОООООООООЙ!!!!!!
Мозг: Что?
Женщина: Он на коленях стоит с чемоданом, коленки целует!
Мозг: Кому?
Женщина: Ну, не чемодану же! Говорит, никогда такой, как я, не
найдет... Прощения просит... Остаться хочет!
Мозг: ОЙ!
Женщина: А как же свободная женщина? (Плачет) А как же кружок
игры на ударных? Шубка, босоножки те? (Рыдает)
Вася из юридического отдела?
Мозг: Позитивнее, позитивнее....

@темы: Ситата, Разрядка

13:10 

(с))

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Город. Девушка. Осень
Город спал. Старый поезд приходил всегда по одному и тому же расписанию, и он никого не разбудил. В городе царила осень. Она провозгласила всюду серо-желтый цвет и была вполне довольна собой, наверно, поэтому ярко красный зонт единственной пассажирки ей сразу не понравился. Осень решила подразнить приезжую: она засыпала ее мокрыми листьями, и зонт сразу стал, будто нарочно, расписан в кленовый узор. Фонарь на перроне усмехнулся этой шалости, он слишком хорошо знал повадки капризной осени. Но в этот раз, было что-то по-другому, и много повидавшая худая железная лампа, даже не подозревала, что в городе началась сказка.

Она бежала.
Не от кого-то, скорее от себя, она еще верила, что так бывает. Она даже не знала, куда ее занесло, просто сошла на седьмой по счету станции. Счастливое число. И все что у нее было в этот глухой ночной час: маленький чемодан и красный, залепленный листьями зонт. Идти ей было некуда. Фонарь услужливо осветил ей купленную в поезде карту города, ему и самому было интересно туда взглянуть, кроме завода, где его придумали, он видел только вокзал и неторопливых сонных горожан. Теперь он рассматривал карту из-за плеча незнакомки и страшно гордился своей полезностью. Карта ей совершенно ни о чем не говорила, разве только, что на каштановом бульваре есть гостиница. Но в сырости осени каштановый бульвар казался таким же далеким, как Елисейские поля.

- Карту неправильно держите, сказал вдруг чей-то голос.

Девушка вздрогнула, фонарь удивился, а в неосвещенном пространстве возникла фигура. Кто-то взял из ее рук карту, перевернул, хмыкнул что-то под нос и вернул карту, на сей раз правильно.

- Правильно вот так.

Фигура развернулась и пошла дальше в темноту. Фонарь мигнул, задумался и потух. Это тоже было частью сказки, хотя, может быть, в нем просто закончилось масло. Это, и правда, был очень старый фонарь. Но это не важно. Важно то, что начался дождь, он и раньше моросил, а сейчас просто заливал все сплошной стеной. Приезжей было немного страшно, ощутимо холодно, и вот тогда…

И тогда она схватила чемодан и стала догонять фигуру. Фигура была довольно высокой и сутулой, и, казалось, ее обладатель даже не замечал дождя.

Дружелюбно держать над ним зонт было бессмысленно, и, догнав его, она просто зашагала рядом.

Он не прогонял ее, не отмахивался, он не замечал ее, равно как и дождь, как и осень, и казалось, само время, давно забыло про него. Наверное, это было в чем-то печально, но это тоже было частью сказки.

Он был учителем, чтобы быть точнее, преподавателем математики в университете. Он снимал маленькую квартирку на первом этаже небольшого коттеджа на Платановой улице. Он был холост. Вечно голоден. И был тайно и безнадежно влюблен в маленькую изящную учительницу ботаники. Он хранил ее фотографию в кармане, в часах, иногда смотрел на нее, где она была в шляпке с розами, и думал о чем-то своем. Жизнь его была точна и размерена, как самая красивая теорема, которую никак не получалось доказать.

К вторжению гостьи он отнесся равнодушно, уступил ей кушетку, разжег камин и погрузился в мир цифр и чисел, где, все было знакомо и привычно. В самом деле: ну не станет же человек, приютивший мокрого котенка, видеть в этом знак судьбы, а эта растерянная девушка никак, даже отдаленно, не напоминала сказочную фею. Ночь уже доживала последние минуты. Незнакомка мирно дремала, а математик решал задачи. В городе не спал только он, сказка и осень.

Следующий день уже с утра был необычным. Во-первых, в квартире пахло кофе и гренками, во-вторых, окна были раскрыты, в-третьих, кто-то напевал какой-то пошлый мотивчик, и, судя по шуму, хозяйничал на кухне. И если первые два обстоятельства еще можно было терпеть, то последнее, было верхом наглости. Только из вежливости математик съел завтрак, попросил не нарушать тишину и обещал днем найти ей жилье.

Она не спорила. Она верила в сказки.

И сказка сказала свое слово. Квартир в городе не было, не было даже съемных комнат, а вся гостиница была занята усатыми господами, которые приехали на ежегодный слет любителей игры в бридж, к слову сказать, до этого в городе про бридж не знала ни одна живая душа. Даже в студенческом городке не было свободного места. Математик злился, математик негодовал, он не любил нарушать свой покой. Но в конечном итоге, он сдался, и разрешил ей пожить у себя…

И все изменилось.

Она ни о чем никогда не спрашивала. Она никогда не убирала у него на письменном столе. Она даже иногда играла с ним в шахматы, правда не умея совершенно. Она никогда не трогала фотографию учительницы ботаники, наоборот, поставила ее на самое видное место. Единственным ее недостатком, была, пожалуй, ее странная манера напевать шансонетки, но она делала это вполголоса, и справедливости ради стоит заметить, что получалось весьма талантливо.

Жители города тепло и радушно встретили девушку. Ее полюбил булочник, и в их квартире всегда были свежие булочки к завтраку, она очаровала продавца цветочного магазина, и у портрета учительницы ботаники всегда стояли свежие цветы. Даже уличные мальчишки перестали дразнить математика «циркулем», что было совершенным чудом. Математика больше не считали отшельником, ему стали улыбаться при встрече и приглашать в гости.

Хрупкая утонченная учительница ботаники тоже изъявила желание знакомства и дружбы с приезжей и к великой радости математика стала частой гостьей в маленькой квартирке. Самое интересное, что и сам математик научился улыбаться. Искренне и со светом в глазах. И было бы нечестно и неправильно сказать, что он улыбался ей, нет, он улыбался завтраку, ужину, уюту, светящемуся окну и своим очевидным победам в шахматы. Но, поверьте, зная его, это было невероятно.

А она была счастлива. Нет, она не была влюблена в математика, она давно запретила себе влюбляться, это было слишком больно и страшно. Она была счастлива, что ей, наконец, есть, кого ждать вечером, есть, кого раздражать своим пением и кому проигрывать в странную мудрую недостижимую игру шахматы. Было где спрятаться, не было ничего, чего стоило бояться. Все, что у нее было: маленький собственный уютный мирок двух ненужных друг другу людей.

Так прошел год.

Каждому его времени очень хотелось посмотреть на сказку, и дни пролетели очень быстро, торопясь и не оглядываясь. В
город опять пришла осень.

Она пришла ночью, нашла окно, у которого спала на кушетке девушка, и тихонько постучала дождем в стекло. Девушка проснулась сразу же, ей давно уже снилось, что этот день наступит, и вот в первую осеннюю полночь он пришел. День, когда можно было что-то изменить.

И вроде бы менять было незачем и нечего. Привычность и размеренность соседства с математиком, наверное, и были для нее чем-то вроде вечного покоя, но это и было самое страшное. Страшное, потому, что она начала скучать, когда он задерживался вечером, потому, что начала особенно тщательно придумывать блюда ему на ужин, наконец, потому что недавно ей совершенно разонравилась фотография учительницы ботаники, и, изменяя правилам, она убрала ее подальше в стол. Однажды уже она запретила себе влюбляться, и вот теперь, она бежала опять.

Он не спал, он пил чай, проверял студенческие тетради и, против обыкновения, напевал под нос пошлый мотивчик, и когда она вошла в его комнату в дорожном красном пальто с чемоданом и зонтиком, он впервые в жизни удивился.

- Я уезжаю.
- Куда?
- Не важно, на любую седьмую остановку.
- Зачем?
- Я не знаю. Прощай.
- Там темно.
- Попроси меня остаться.
- Зачем ты едешь?
- Я всегда буду помнить тебя. Обещаю.

Быстрыми шагами она подошла к его столу, достала фотографию учительницы ботаники из ящика и поставила на привычное место. Ее ждали семь остановок.

Фонарь был последним, кто ее видел. Поначалу обрадовано осветив ей путь, а потом, словно почуяв что-то неладное, зафыркал и потух. Как тогда.

Город спал. Старый поезд приходил всегда по одному и тому же расписанию, он никого не разбудил. В городе царила осень. Она, печалясь поражению своей выдумки, засыпала весь город желтыми листьями, безжалостно отрезая все пути назад.

Девушка смотрела в сторону окна, которое было теперь еще дальше, чем Елисейские поля, ровно минуту, потом шагнула в вагон.

Математик рассеянно смотрел на фотографию, оказалось, все это время он даже не замечал ее отсутствия, а потом снова углубился в работу. Где-то в тишине резко прозвучал гудок машиниста; теперь их разделяло семь станций.

Утро следующего дня было обычным и необычным одновременно.

Квартира по-прежнему была чистой и уютной, не пахло только гренками и было очень тихо. Жители города привычно улыбались математику, они еще не знали про счастливое число семь. Вечером окно было темным, никто больше не ждал его возвращения.

А на город падали листья. Миллионы желтых кленовых листьев.

Фонарь с расстройства заболел, отказался светить, и его отправили лечиться на завод, он, бедняга не знал, что сказка вовсе никому не обязана хорошо заканчиваться. Она однажды приходит в чью-то жизнь, внезапно и бесцеремонно, просто, чтобы случиться. И всего то надо ее принять такой, какая она есть, и радоваться каждому ее мигу, как радуешься зимнему солнцу или первым подснежникам. Потому что это и есть счастье. В маленьком одномоментном отрезке времени, когда случаются волшебные нелепицы и очень хочется обнять весь мир целиком и сразу. Так было всегда, так случилось и теперь.

Постепенно город забыл сказку, все нехотя встало на свои места. Мальчишки снова дразнили математика «циркулем», он по-прежнему хранил в часах фотографию учительницы ботаники и также не замечал непогоды.

Единственное, что, пожалуй, изменилось в его расчерченной грифельной жизни, это обладание новым тайным знанием, что кто-то обещал помнить о нем в этой желтой плачущей осени, там, за семью станциями.

А листва все также тихо падала и падала на город.

Посвящается...

"Городские сказки"

@темы: Как это грустно всё..., Наблюдения, Немного не в моем стиле, Ситата

13:06 

(с)

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
В больнице в одной палате лежали два тяжело больных человека.
Один лежал у окна, а кровать другого располагалась у двери.

— Что там видно в окне? — как-то спросил тот, что лежал у двери.

— О! — оживился первый. — Я вижу небо, облака, напоминающие зверюшек, озеро и лес вдалеке.

Каждый день лежащий у окна рассказывал своему соседу о том, что происходит за окном. Он видел лодку, рыбаков с огромным уловом, детей, играющих на берегу, юных любовников, держащихся за руки и не сводящих друг с друга сияющих глаз.

В то время как он наблюдал все эти удивительные события за окном, его соседа мучила глухая злоба. «Это несправедливо, — думал он. — За какие такие заслуги его уложили у окна, а не меня, и я могу лицезреть только дверь с облупившейся краской, в то время как он любуется видом из окна?»

Однажды, лежащий у окна сильно закашлялся и стал задыхаться. Он пытался дотянуться до кнопки вызова медсестры, но у него не было сил, потому что он содрогался от кашля. Сосед наблюдал за происходящим. Ему ничего не стоило нажать на свою кнопку, но он этого не сделал.

Через некоторое время первый затих и вытянулся на своей постели.

Когда его унесли, сосед попросил медсестру, чтобы его переложили к окну. Медсестра выполнила просьбу больного, перестелила его постель, помогла ему перелечь на противоположную кровать и, убедившись, что больному удобно, направилась к двери. Вдруг её остановил удивлённый возглас больного:

— Как же так! Это окно выходит на глухую серую стену! Но тот, кто умер, рассказывал мне, что видел лес, озеро, облака, людей… Как же он мог всё это видеть из этого окна?

Медсестра печально улыбнулась:

— Он вообще не мог ничего видеть; ваш покойный сосед был слепым.

@темы: Мозговой штурм, Ситата, Ъ

17:30 

lock Доступ к записи ограничен

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
14:17 

гг

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Милицию переименовали в полицию. На очереди медики. (с)

@темы: Разрядка, Ситата

17:50 

lock Доступ к записи ограничен

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
15:33 

Я - брату:

Ко двору подкралась ночь. Незаметно, как трамвай. На дворе теперь темно. А мне пофиг - я пью чай.
-А твоя сестра не такое уж и чмо иногда.
-Да, бывает.
*хохот*

@темы: Разрядка, Ситата

Hakuna Matata

главная